Алхимия образов

Наука и техника XX в. невообразимо раздвинули границы человеческого мира: от макро- до микрокосмоса. Открытия атомной эры, казалось, вот-вот разомкнут кандалы нашей зависимости от природы. К началу третьего  тысячелетия человечество подошло к созданию искусственных органов и клонированию живых существ, что вызвало шквал протестов и рассуждений о греховности нового изобретения. Между тем Ева, идеально подходящая Адаму жена, была создана из его ребра… «Бывает нечто, о чём говорят: „смотри, вот это новое; но это было уже в веках, бывших прежде нас»— гласит библейская мудрость. Не стоит её забывать, когда сравниваем наш век с иными временами. Некоторые считают, что ушедшее XX столетие, насыщенное социальными и научными переворотами, произвело переворот и в костюме. Так ли это по большому счёту?

Конечно, появляется множество технологий в части кроя, скрепления швов, обработки края, петель и т.д. Возникают новые материалы, порой неузнаваемо изменяющие вид стародавнего предмета одежды. Но не его идею. Так, тончайшие нейлоновые чулки разительно отличаются и от полотняных сшитых средневековых, и от фильдеперсовых начала XX в. Однако идея всё та же! Бикини знали в Древнем Риме, а в дублёнке, расшитой бисером, щеголяли охотники на мамонтов эпохи неолита. Оттуда же пришли искусство татуировки и пирсинг. А ставшие чудом мастерства шубы XX века! Ведь до этого времени шубы мехом наружу — вывороченные — носили ряженые из простонародья, изображая дикарей и разную нечисть.

Наше время ощущает на себе наследие прошлого и, словно старчески изощрённый ребёнок, перебирает содержимое дедовских сундуков, приспосабливая для себя прежние идеи, теории и формы. Древнеегипетские строгие плоскости и стрелы плиссировок, античные драпировки, японские кимоно, переосмысленные в формах повседневной одежды, китайские шляпы, русские сапоги… Да, почти такие же юбки-штаны носили на Крите в XX в. до н. э.; полный, математически выверенный, предполагающий минимум швов, он составил главную ценность одежды. И огрехов кроя уже не могли скрыть, как встарь, кружева, вышивки или каменья.  Естественно, к каким бы фантазиям и стилизациям ни прибегал художник-модельер, он тем не менее находился в рамках философии конструктивизма, определившей мышление всего XX века.
Действительным открытием прошлого столетия было появление мини- юбки, с воцарением которой утверждается настоящий культ длинных ног. Мини-юбка создала поистине новый идеал и предоставила женщинам новые возможности. На фоне вавилонских громад небоскрёбов, среди потока мчащегося по асфальту городов железа, под ослепительным электрическим светом расцвели грациозные женщины-лилии в «детских» платьицах, целомудренно и в то же время сексуально открывших стройные длинные ноги.
Мода, в прошлом бывшая привилегией избранных, сегодня доступна всем. Изготовление одежды становится огромной индустрией с миллионными оборотами.

Для XX в. характерен культ ясного, художественно-лаконичного кроя. Высокая мода и мода прет-а-порте, взаимно обогащая друг друга идеями, служат в конце XX в. выражением духа времени. Создатели моды теперь уже не просто портные или художники; они начали играть в жизни общества немаловажную и странную роль. Благодаря миллионным тиражам модных журналов с изумительными фотографиями моделей, кинематографу, телевидению, ослепительным шоу — показам различных коллекций и т. п. — мир моды, моделей и модельеров превратился в новую реальность, во многом виртуальную. Топмодель становится в ряд с кумирами — звёздами кино, спорта, политики.
Стремительное само по себе изобретение скоростных видов транспорта от автомобиля до ракеты, молниеносное распространение информации благодаря телефону, радио, телевидению и Интернету — всё способствовало обострению чувства быстротечности времени. Оно возобладало и в моде.

Жажда остановить мгновение, художественно выразить его в костюмном образе, подхлёстнутая коммерческими интересами текстильной, обувной, парфюмерной промышленности и всей индустрией моды, заставляет её меняться каждые десять, пять, три года. (Вспомним костюмы древневосточных деспотий — они жили тысячелетиями с едва уловимыми сейчас мелкими модными изменениями). Щемящее ощущение праздничной красоты жизни и трагичности её неизбежного окончания, усугубленное вспышкой атеизма, подталкивало моду XX в. к образам вселенской, нескончаемой феерии, когда всё возможно и всё дозволено. Платье из денежных купюр или консервных банок, изрезанное в клочья либо собранное из плюшевых мишек. Любое обнажение, любые цвета и формы, существую¬щие в природе, искусстве, технике, видимые в микроскоп…
Уравнивание женщины в правах с мужчиной, растущая раскрепощённость, поиски оптимально удобных форм одежды обернулись неким карнавалом полов. Женский гардероб XX в. вобрал почти все предметы мужской одежды, да и сам мужской образ был взят на вооружение. В то же время мужской костюм во многом феминизировался. В конечном итоге это вылилось в манеру одеваться в стиле унисекс, который развил принцип функциональности и позволил мужчинам и женщинам любого возраста носить брюки, кофты-свитеры, кроссовки, шляпы, куртки. Вместе с тем психический тип человека, одержимый манией перемены пола в буквальном смысле, получил возможность осуществить мечту благодаря достижениям хирургии. Такие андрогинные существа с готовностью жертвуют даже продолжительностью своей жизни. Впрочем, старость для них страшнее смерти. «Призрак коммунизма», будораживший мир в первой половине XX в., сменился призраком вечной молодости. Наука и медицина сделали реальными пересадку сердца, коррекцию фигуры, удлинение ног, восстановление выпавших волос и зубов, подтяжки кожи на лице и теле, перемену цвета глаз и т. п. За деньги (очень большие) теперь возможно обрести красоту и воскресить молодость.

Всевластность моды XX столетия обернулась тем, что в погоне за ней человек, примерив все маски и наряды, обнаружил себя — подлинного, вечного и неумирающего, лишь на время погружённого в иллюзию мира со всей его прельстительной божественной красотой. Поэтому ушедший век стал утверждением выпестованного столетиями пиетета по отношению к тому, кто (вопрепки бедности или богатству) способен проявить в костюме печать божественного дара — индивидуальность.
Двадцатого века, ужасного и прекрасного, больше нет. Он — был. Но в истории одежды, моды век не ставит точку. История возникновения и угасания идеала красоты, выраженная костюмом, будет длиться, пока существует род человеческий.

Рассказать о статье
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Thanx:
Copy Protected by Chetans WP-Copyprotect.